Итак, Depeche Mode вернулись к нам с новым альбомом, названным лукаво «Playing The Angel». «Ангельский» альбом - одиннадцатый в дискографии коллектива, все реже и реже проявляющего признаки своей активности. Оно и понятно: незачем суетиться, когда весь мир у тебя в кармане. Несусветные тиражи проданных дисков, многомиллионная армия поклонников по всему миру, масса последователей - репутация Depeche Mode непоколебима. Обычно признание такого масштаба достигается уже в «посмертном» статусе. Depeche Mode не раз и не два находились на грани распада - и тем не менее, все еще вместе. Осталось, мол, «одно незавершенное дельце». Что за дело - об этом Мартин Гор, Дэйв Гэхен и Энди Флетчер рассказывают в своем новом интервью.

- Когда вы начали записывать новый альбом «Playing the Angel»?

Энди Флетчер (ЭФ): Мы начали записывать его в январе этого года в Калифорнии. Мартин и Дэйв несколько месяцев писали песни для альбома, а потом у нас была пятинедельная студийная сессия, в ходе которой мы записали одиннадцать песен, что для Depeche Mode - мировой рекорд.

- Чем руководствовались при выборе места для записи альбома?

Мартин Гор (МГ): Запись альбома происходила в трех студиях. Единственной причиной, по которой для записи были выбраны Санта Барбара, Лондон и Нью-Йорк, было то обстоятельство, что именно там живут трое участников группы. Просто мы хотели, чтобы каждый остался доволен. У каждого есть семья, и у каждого своя жизнь, поэтому, вы знаете... в общем, все должны быть довольны.

- Вы обсуждали направление нового альбома перед тем как приступить к записи?

ЭФ: Знаете, у Depeche Mode никогда не бывает серьезного мастер плана перед началом студийной работы. Все происходит естественным путем. Что касается этого альбома, то я думаю, что его звучание начало вырисовываться через несколько недель, и оно стало отклоняться в противоположную сторону от цифрового саунда предыдущих альбомов - в сторону старых Depeche Mode. И мы очень довольны тем, что получилось.
Я не знаю, почему мы пошли именно в этом направлении. Это было естественное движение вперед. Наш продюсер Бен Хиллер отлично разбирался в аналоговых синтезаторах и притащил в студию приличную их коллекцию. Поэтому этот путь показался нам правильным, и в то же время он был противоположным последним нашим альбомам.

- Тяжело было начинать работу над альбомом после четырехлетнего перерыва?

МГ: Да, для меня это всегда так... Знаете, думать о целом альбоме - это ужасно. Сколько треков в нем должно быть? Во-первых, мы не знали, сколько именно песен напишет Дэйв, но даже мысль о том, что нужно написать 9 или 10 песен, всегда немного пугает.

- Когда вы приступили к записи, у вас были уже какие-то завершенные песни?

ЭФ: Мартин и Дэйв записали несколько демо, которые в конечном виде стали просто неузнаваемы. Но они были завершенными песнями в том смысле, что у них были слова, были мелодии, аккорды, и т.д.

- С какими чувствами вы приступали к студийной работе?

ЭФ: Понимаете, нас выдернули из наших личных жизней, назад в... После двухлетнего периода, в течение которого ты жил своей жизнью и строил какие-то отвлеченные планы на будущее, это был серьезный вызов. И естественно, присутствовал страх: «Сможем ли мы еще раз сделать это? Сможем ли мы создать что-то захватывающее, интересное и т.д.? Сможем ли опять поехать в тур на год?». Но на самом деле было очень приятно делать альбом, наверное, это самая интересная работа со времен «Violator». Или даже с более ранних времен.

- Все три участника группы уже обзавелись сольными проектами, Дэйв и Мартин выпустили сольные альбомы, а Энди Флетчер основал свой лейбл. Насколько пригодился вам этот опыт?

ЭФ: По правде говоря, я думаю, что и Дэйв, и Мартин, и я, мы многое узнали за время своего «одиночного плавания». И было интересно, не скажется ли этот опыт на нашем дальнейшем сотрудничестве. Не вызовет ли каких-нибудь проблем. Но на самом деле все произошло с точностью до наоборот.

- Почему для записи «Playing The Angel» выбран продюсером именно Бен Хиллер?

МГ: В этот раз мы действительно хотели, чтобы кто-то следил за проектом. Мы думали о том, что нам нужен кто-то вроде начальника или завуча, который контролировал бы нас и следил за правильным направлением развития.

ЭФ: Мы поручили найти продюсера Дэниэлу Миллеру, обычно этим занимается он. Дэниэл четко знает, какие продюсеры могли бы с нами сработаться. Он предложил несколько кандидатур, и Бен был одним из них. Мы встретились с ним и решили, что он нам подходит. Не могу сказать, что мы являлись большими поклонниками тех групп, с которыми он работал ранее. В большей степени свою роль сыграли его отношение к музыке и его подход к созданию музыки. А кроме того, выяснилось, что он большой фанат электронщины - несмотря на то, что работал с рок-группами. Я считаю, что выбор оказался удачным и продолжаю говорить, что мы очень довольны результатом и работой команды, которая помогала нам делать альбом.

Два последние продюсера, с которыми мы работали - Тим Сименон и Марк Белл - были большими фэнами Depeche Mode. Бену нравилась наша музыка, но его вряд ли можно было назвать нашим большим поклонником - что тоже оказалось на руку, потому что у него не было определенных концепций насчет того, что мы должны делать. На самом деле все происходило так: «Вот песни, давайте найдем нужное звучание». Он не был хорошо знаком с нашим творчеством, потому не оглядывался на предыдущие наши записи.

- Какова была роль Бена Хиллера в студии и в процессе записи нового альбома?
 
МГ: Мы были не совсем уверены в том, какой именно должна быть роль Бена. Потому что нам его посоветовал Дэниэл вместе с другими двумя или тремя претендентами. Сначала он нам просто понравился как человек. Действительно, очень сложно судить о продюсерах по их предыдущим работам, потому что другие группы, с которыми они работали, сильно отличаются от нас. И никогда не знаешь, какова их роль, потому что они работают с режиссерскими командами и с самими группами, и когда мы шли на первую студийную сессию, было такое ощущение как будто идешь в пустоту и не знаешь, что будет происходить дальше. И чем нас Бен действительно удивил, так это тем, насколько он разбирается в электронике. Большинство групп, с которыми он работал раньше, не были особо электронными. Он каждый день зависает в Интернете и выискивает старые аналоговые синтезаторы, и к нам он пришел с целым арсеналом синтезаторов. Вокруг нас было полно мешков с этими штуковинами, что и стало одним из факторов, определившим саунд записи. Звучание «Playing The Angel» напоминает «старых» Depeche Mode, что удивительно, поскольку Бен не был хорошо ознакомлен с нашим ранним творчеством.

- Что бы вы могли назвать сильными сторонами Бена Хиллера, как продюсера?

МГ:  Бен очень спокойный человек. Вокруг него образовалась своеобразная аура, которая помогала нам работать, потому что он никогда не суетился, и это влияло на атмосферу в студии в целом. 

ЭФ: Я думаю, у него было очень, очень хорошее общее видение процесса. Он выслушивал всех нас, был справедлив и очень хорошо контролировал проект в целом. Он хорошо управлялся с инструментами и синтезаторами, и даже немного с барабанами.

- Вы привлекали к записи кого-нибудь еще?

ЭФ: У нас была команда людей, которые помогали нам. В частности, Бен Хиллер, который был главным продюсером, и еще два очень хороших программиста - Дэйв МакКракен, который работал с Яном Брауном, и Рик Моррис, уже работавший ранее с Беном. Никаких других музыкантов в этот раз не было. Для записи последних альбомов мы привлекали нескольких гостевых персонажей, но в этот раз все было сделано вышеуказанной командой. 

- Откуда взялось название альбома «Playing The Angel»?

МГ: В альбоме около четырех песен, в которых упоминается ангел или ангелы и «Playing The Angel» - это строка из песни «The Darkest Star». Это своего рода указание на эту тему про ангела.

- Тема названия диска отражается во всем альбоме?

Дэйв Гэхен: (ДГ): Я не думаю, что название напрямую говорит что-нибудь о песнях альбома... Оно хорошо звучит. Это всего лишь игра слов, которая хорошо звучит, и как уже говорил Мартин, это часть строчки из песни. Мы и в прошлом часто так делали, когда искали название альбома. Иногда просто просматриваешь всю лирику, что-то внезапно бросается в глаза, и тебе просто нравится, как это звучит.

- Можно ли сказать, что через весь альбом проходят какие-то общие лирические темы?

МГ: Альбом посвящен тем людям, у которых не все в порядке! Нет, когда я говорю о «людях, у которых не все в порядке», конечно, я шучу, но... Я имею в виду, что многие наши песни касаются тем, не совсем типичных для поп-музыки. Когда я написал на обороте буклета «Боль и страдания в разных темпах», это была шутка. Но в каждой шутке, как известно, есть доля правды. Мы над этим немного посмеялись, но думаем, что такие песни тоже стоит записывать.

Я никогда не считал нашу музыку чересчур мрачной. Я считаю, что в нашей музыке всегда присутствует элемент надежды. Я всегда это говорил, и считаю, что такое чувство проходит через восприятие нашей музыки в целом.

- Первый сингл из альбома - песня «Precious». Можете рассказать нам что-нибудь о ней?

МГ: «Precious» - песня о моих детях. Сейчас я сейчас в процессе развода, и эта песня о них... О том, через что они вынуждены пройти... Эта песня звучит немного в духе кантри. Ясно, что не буквально - музыка на заднем плане отчетливо битовая. Нам кажется, что эта песня самая коммерческая, хотя кто знает? Я не думаю, что мы умеем определять, что является коммерческим. И не знаю, умели ли когда-нибудь! Я думаю, мы всегда жили где-то за пределами мейнстрима, поэтому то, что мы считаем коммерческим, не обязательно является коммерческим для внешнего мира.

- Дэйв, расскажи пожалуйста о своих песнях на альбоме.

ДГ: Всегда есть основное ощущение альбома, и оно всегда приходит постепенно. Не важно, что ты кладешь в кастрюлю, когда начинается запись - это все равно превращается в Depeche Mode, и это же произошло и с песнями, которые я написал для альбома. Перед тем как прийти в студию, я слышал их совсем не так. Например, «I Want It All» пошла совсем в другом направлении, но уже очень скоро она мне по настоящему начала нравиться. Я думаю, что Бен выбрал эту и две другие мои песни по вполне определенному принципу. Мартин также написал несколько композиций, и мы начали замечать, что существует некая взаимосвязь между ними, что Бен и попытался выразить. Я считаю, что для записи и для всей работы в целом важно то, что есть такая связь. И я все время спрашиваю себя - каково мое место в жизни? и как влияет на мою жизнь все то, что происходит вокруг? Ты должен брать на себя ответственность за многие вещи, хочешь ты того или нет. И это все, безусловно, проявилось в песнях, которые я написал для альбома.

- Один из ключевых треков на альбоме - «John The Revelator». Можете рассказать что-нибудь об этой песне?

ДГ:  Мы как раз были в Санта Барбаре, и Март в соседней комнате начал наигрывать эту тему, потихоньку развивая ее. Это было захватывающе. Мы не знали наверняка, что из этого выйдет, а когда начали следующую студийную сессию, то вернулись к этой вещи и начали с тяжелых барабанов. Бен сел за барабаны, Март играл на гитаре, а я взял микрофон. И получилось классно!

- Мартин, ты можешь сказать, что растешь как сонграйтер?

МГ: Не знаю. Мне действительно очень нравится большая часть материала, который Depeche Mode записали с 1986-го. Многие называют вершиной диск «Violator», но мне также по-настоящему нравятся альбомы «Ultra» и «Exciter». И мне нравится то, что мы делаем сейчас - я надеюсь, что этот альбом станет одной из наших лучших записей.

- Как бы вы описали саунд альбома «Playing The Angel» кому-нибудь, кто его ни разу не слышал?

МГ: Я думаю, это достаточно сложно. Я уже говорил раньше, что он гораздо более быстрый и битовый, чем несколько предыдущих записей. Это полностью аналоговая вещь. Здесь гораздо больше этого, чем на последних альбомах... Я думаю, чтО на самом деле прикалывало Бена, так это разгонять каждую вещь, насколько было возможно. А потом мы понимали, что он переусердствовал, и пытались вернуть все назад. 

- Можно ли назвать «Playing The Angel» самым экспериментальным альбомом Depeche Mode? 

ЭФ: Вряд ли это экспериментальный альбом. Конечно, он звучит по-другому, нежели последние два альбома. Возможно, это возврат к альбомам вроде «Black Celebration» или даже «Music for the Masses».

ДГ: Да, он другой. И когда мы вновь собрались вместе, мы все понимали, что если хотим сделать еще одну запись вместе, то мы должны бросить вызов самим себе. И реальным ключом к решению этой проблемы стал Бен, потому что у него было фанатизма по отношению к нам. Он знал несколько песен, и мы на самом деле должны были дать ему полный каталог нашей музыки, чтобы он послушал... Но он четко знал, какой подход он хотел использовать для этого альбома. В этом смысле он был настойчивым, но мы знали, что нам это нужно.

- Когда вы завершаете работу над альбомом, обычно остаетесь довольны  результатом?
 
МГ: Я думаю, нам всегда нравилась музыка, которую мы делали, так что... Но к концу записи мы обычно такие уставшие, что даже не можем сказать, нравится нам результат на самом деле или нет. Обычно должно пройти несколько месяцев, прежде чем ты сможешь вернуться к альбому и послушать его. То есть мы довольны альбомом, но вряд ли мы сейчас сможем сосредоточиться на нем, потому что мы слышали эти песни так много раз! 

- Вам не кажется, что вы на пути к созданию идеального альбома Depeche Mode?

МГ: Я не знаю. Каждый раз, когда мы выпускаем альбом, все думают, что это наш последний альбом и последнее турне. Я часто слышу, как фаны говорят: «Я уверен, что это ваш последний тур, и вы никогда больше не сыграете ту или иную песню. Может, вы сыграете ее в этом туре, он же ваш последний?». Я не знаю - возможно, они знают что-то, чего не знаю я? Я не знаю, что заставляет их думать, что это будет последняя запись и последний наш тур, но возможно, они правы. Мы начали говорить об этом, начиная с 1986 года, но у нас никогда не было в этом уверенности, и, как видите, мы все еще продолжаем этим заниматься.

- Были ли вы рады вновь собраться вместе? Допускали ли вы, что «Exciter» может стать последним альбомом?

ЭФ: Мне кажется, что после каждого альбома возникает ощущение, что он должен быть последним. И после каждого тура тоже. Но все продолжается, и мне кажется, мы до сих пор делаем хорошие записи и до сих пор хорошо выступаем. Поэтому вполне естественно, что мы записали еще один альбом. Но никто не знает, как долго это продлится, мы ведь не молодеем.

ДГ: Это похоже на стремление покорить большую гору, и бОльшая часть наших жизней посвящена карабканью в эту гору. Когда мы начинали записывать этот альбом, то казалось, что наше дело еще не завершено. Мы сделали несколько по-настоящему хороших альбомов, но все равно до сих пор осталось чувство, что лучшая запись еще впереди. Мы осознаем, что способны на большее, поэтому и не бросаем это дело. Есть что-то, что ты по какой-то причине до сих пор не завершил. Это чувство движет тобой, и ты хочешь это сделать. В любом случае, у меня есть такое ощущение.

ЭФ: Учитывая то, что группе 25 лет, мы находимся в очень привилегированном положении. Нам до сих пор кажется, что мы делаем крутые записи. Мы до сих пор думаем, что мы классная группа, и это наше большое преимущество. Будут ли еще у Depeche Mode альбомы? Наверное.
 
- Группа готовится отправиться в длительное мировое турне. Что вы думаете о гастролях? 

ДГ: Весь драйв, который я испытывал, я испытывал в турах - по крайней мере, так было в ходе последних двух турне. Я просыпался и помнил все, что было прошлым вечером. Я помню лица людей в толпе, я помню все ощущения, и мне хочется делать это снова и в этом мой драйв. Я хочу давать лучшее, на что я способен. Пока я могу,  я хочу выходить на сцену и разрывать зал. Есть что-то, что мне дано в избытке, поэтому это своего рода мой долг - быть в отличной форме и отдавать все, на что я способен.

- Depeche Mode - невероятно успешная группа. Вы гордитесь тем, чего достигли?

ДГ: Определенно да. Абсолютный факт, что мы смогли достичь очень многого  за 25 лет, которые мы знаем друг друга. Мы выдержали это. Наверное, у нас больше общего с такими группами как U2 и REM, чем с теми командами, с которыми у нас просто одинаковый стаж. Когда ты идешь в студию, чтобы сделать еще одну запись, когда уже так много сделано вместе, ты должен действительно стараться придумать что-то новое. И задача состоит в том, чтобы работать, а не завоевывать то или это.

- Как вы думаете, куда в музыкальном плане «впишутся» Depeche Mode в 2005-м году?

ДГ:  Мы ни к чему не приспосабливаемся и никогда этого не делали... Нет ни одной группы, подобной Depeche Mode - в плане стиля и всего остального. Это уникальный опыт и ты должен от него тащиться и отдаваться на все сто процентов, потому что это действительно ни на что не похоже, и я считаю это желание всегда оставаться собой одной из самых сильных сторон Depeche Mode.

Промоинтервью предоставлено Comp Music/EMI.

Перевод и адаптация - Наталья Тесля